Селдон
2015

Оружие из будущего

События двух последних лет ясно показали, что в ближайший век безработица оружейникам не грозит. Прекращение противостояния двух сверхдержав отнюдь не привело к наступлению всеобщего мира и благоденствия: все получилось с точностью до наоборот. Национальные интересы есть и будут у каждого государства вне зависимости от его идеологии и общественно-политического устройства. Поэтому вооруженные силы, как и прежде, будут оставаться необходимой составной частью государственной машины. Слова одного из главных героев советского фильма «Красная площадь», бывшего поручика императорской армии Кутасова: «Государство без армии – что черепаха без панциря» звучат сегодня как никогда актуально.

Возврат к профессионализму

Вопрос о месте и роли стрелкового оружия, а также путях его дальнейшего развития не раз возникал и в недавнем прошлом, и в наше время.
В начале 1990-х обществу внушали мысль, что врагов у России больше нет. У государства не стало военной доктрины – основополагающего документа, определяющего принципы военной политики, строительства армии и, в конечном счете, требования к системе вооружения. Еще один чувствительный удар по «оборонке» нанесли «реформы» министра Сердюкова, которые фактически поломали систему разработки и постановки на вооружение образцов стрелкового оружия, созданную еще во времена Российской империи и доведенную до совершенства в Советском Союзе. Ее суть заключается в том, что разработка ведется на конкурсной основе, по четко сформулированным тактико-техническим требованиям (ТТТ) заказчика – Главного ракетно-артиллерийского управления Минобороны, которое осуществляет постоянный контроль на всех этапах: разработки, испытаний, серийного производства.

На смену этой системе пришел подход: «вы там что-нибудь придумайте, а мы посмотрим». Длительный (и, разумеется, затратный) процесс отработки, доведения конструкции до уровня ТТТ подменил безудержный «пиар» – ничем не подкрепленные заявления о превосходстве этих скороспелых творений над штатными образцами, за которыми стоит не одно десятилетие опыта эксплуатации в войсках, в том числе и в боевых условиях. Со сменой руководства Минобороны появилась надежда на окончание эпохи дилетантизма и возврат к профессиональному подходу в процессе создания новых видов стрелкового оружия. Какое же будущее у стрелкового оружия? Этот вопрос нужно рассматривать с учетом нескольких аспектов.

Аспект первый – принцип поражения


Сегодня используется кинетический принцип поражения – за счет механической энергии поражающего элемента. Кинетический принцип накладывает серьезные ограничения на возможности оружия. Увеличение кинетической энергии снаряда (то есть его скорости и/или массы) неизбежно ведет к увеличению энергии отдачи, действующей на стрелка. Поскольку кинетическая энергия растет прямо пропорционально квадрату скорости, выгоднее увеличивать ее за счет скорости, а не массы. По этой причине магистральным направлением развития стрелкового оружия на протяжении полутора веков было уменьшение калибра. С 7 линий (17,8 мм) он уменьшился практически в три раза, до уровня 5,45-5,56 мм. С уменьшением калибра как снижался импульс отдачи, так и увеличивалась настильность траектории пули (то есть дальность, на которой высота траектории укладывается в высоту цели).

Возможное создание новых смесевых метательных составов (обладающих более высокой энергетической способностью, чем бездымный порох) и внедрение их в технику огнестрельного оружия позволит поднять начальные скорости пуль до уровня 1500 м/с и выше. А это, в свою очередь, неизбежно приведет к очередному уменьшению калибра стрелкового оружия: импульс отдачи надо будет оставить на нынешнем уровне, который согласован с физическими возможностями человека. При этом следует ожидать и улучшения настильности траектории.

С появлением лазеров вспомнили о романе Алексея Толстого «Гиперболоид инженера Гарина», где главный герой с помощью луча, в котором сконцентрирована огромная энергия, элементарно разрезает пополам боевые корабли. Но здесь все упирается в создание портативных источников энергии, обладающих достаточно высокой мощностью и ресурсом.

Пол Ивэнко в статье «Оружие будущего. Взгляд в 2025 год», опубликованной в Small Arms Defense Journal (vol. 7, № 3, 2015), отмечает:
«Для будущих полей сражений требуется добавление эффективного оружия, использующего отличный от кинетического принцип поражения. Под этим имеется в виду носимое оружие, основанное на прямой передаче энергии (минуя кинетическую энергию).

Технология прямой передачи энергии сегодня бурно развивается. Многие понимают под прямой передачей энергии использование микроволнового излучения или же лазерного излучения в видимой части спектра, но оружие будущего, основанное на прямой передаче энергии, скорее всего, будет основано на их комбинации. Его эффективность будет настолько высока, что потребует от противника таких сложных и/или дорогих мер защиты, что сделает бесполезными попытки их создания.

Существует множество способов прямой передачи энергии, которые рассматриваются в качестве возможных для использования в носимом оружии для поражения живой силы. Проблема разработки недорогого лазерного оружия, достаточно малого и легкого для использования солдатом, наталкивается на законы физики, которые диктуют нам, что возможно, а что – нет».

Вывод такой: перспектива замены кинетического принципа поражения в ближайшем будущем не просматривается.



Аспект второй – конструктивные принципы

Анализ истории огнестрельного оружия наглядно показывает, что революционные изменения в конструкции были связаны:

– с совершенствованием системы воспламенения метательного заряда: последовательный переход от системы воспламенения открытым огнем (фитильный замок) к искровому (колесцовый и кремневый замок) и затем к использованию инициирующих составов (капсюльный замок). Последнее усовершенствование открыло путь к созданию унитарного патрона;

– с совершенствованием метательных веществ: замена дымного (селитро-серо-угольного) пороха бездымным (нитропорохом), обеспечившим скачок в баллистических характеристиках, при этом с лучшими эксплуатационными свойствами (меньшее количество твердых продуктов сгорания). Появление бездымного пороха открыло дорогу к автоматизации процесса перезаряжания – буквально за каких-нибудь два десятилетия (1890-е – 1900-е годы) появились все современные принципы работы автоматики.

Таким образом, можно предполагать, что перспективы развития конструкции огнестрельного оружия будут определяться усовершенствованиями системы воспламенения и повышением энергетических характеристик метательного вещества (топлива).

Подступы к совершенствованию системы воспламенения просматриваются уже сегодня – в гражданском оружии начинают использоваться электрокапсюли. С 1996 года на оружейном рынке России есть образцы оружия самообороны (оружия ограниченного поражения) – пистолеты «Оса» и МР-461 «Стражник» под патрон 18х45Т с электрокапсюлем.

Замена механического (ударного) принципа воспламенения электрическим приведет к коренному изменению конструкции оружия. Появятся новые возможности управления режимом стрельбы, новые конструкции предохранительных и стреляющих устройств (их уже будет трудно называть «механизмами»). Станет реальной возможность появления «умного» оружия, которое будет работать только в руках его владельца.
Главной предпосылкой для реализации этих возможностей является появление компактного источника электрической энергии с ресурсом работы порядка нескольких сотен тысяч циклов, сохраняющего работоспособность в диапазоне температур от –50° С до +50° С.

Еще одно направление, которое, как считают специалисты, позволит сделать шаг вперед, – это разработка безгильзового патрона. Металлическая гильза, создание которой обеспечило бурный прогресс оружейной техники в XIX столетии (путь от дульнозарядного до автоматического оружия был пройден всего за тридцать лет), в то же время обусловила и существенные недостатки унитарного патрона: масса гильзы – почти половина массы патрона, не меньшую долю она составляет и в его цене.

К реализации идеи безгильзового патрона оружейная техника подбирается уже более полувека. Ближе всего к решению этой задачи подошли немецкие оружейники в проекте винтовки G11, который был остановлен в 1991 году перед войсковыми испытаниями (к тому времени была распущена Организация Варшавского договора (ОВД) и вдобавок 4,7-мм безгильзовый патрон не был стандартизован в рамках НАТО).

Возможность появления боевого стрелкового оружия под безгильзовый патрон неразрывно связана с прогрессом в области химии метательных взрывчатых веществ и материаловедения (появления конструкционных материалов с повышенной жаростойкостью). На рынке гражданского оружия непродолжительное время (с 1991 по 2006 год) присутствовала безгильзовая винтовка с воспламенением порохового заряда от электрокапсюля VEC-91 (Voere Electronic Caseless – «Фере», электронная, безгильзовая), но это была магазинная винтовка с ручным перезаряжанием. То есть ее узел запирания работал в «щадящем» тепловом режиме.

Аспект третий – облик

Облик оружия – это комплекс его тактико-технических характеристик. Любое оружие является инструментом выполнения боевой задачи. Применительно к стрелковому оружию первична огневая задача, включающая поражение цели и дистанции, на которых оно обеспечивается.
Система стрелкового вооружения Советской армии создавалась в расчете на динамичный бой в условиях полномасштабного военного конфликта между Вооруженными силами ОВД во главе с СССР и НАТО во главе с США. Отсюда полный переход на автоматическое оружие, включая снайперскую винтовку, высочайшие требования к надежности в экстремальных условиях боевого применения и к простоте в эксплуатации.

К настоящему времени представления о наиболее вероятном «сценарии» боевых действий претерпели существенные изменения. Вероятность полномасштабного конфликта с использованием оружия массового поражения невелика, но так называемые «конфликты малой интенсивности», антитеррористические и противопартизанские операции последние 25 лет практически не прекращались. Для них даже изобрели специальный термин: «война в трех кварталах». Ее характерная особенность – отсутствие четкой линии фронта. Боевые действия зачастую ведутся в пределах населенных пунктов, противник плохо отличим от мирного населения.

Характер боя в современных условиях требует более совершенных прицельных устройств, которые обеспечивают избирательное поражение целей на значительных дальностях. В этом направлении за последние десятилетия был сделан огромный шаг вперед, который обусловлен технологическим прогрессом в области оптической промышленности и микроэлектроники, появлением новой элементной базы.

Появились оптические прицелы с интегрированными лазерными дальномерами, позволяющими с точностью до одного метра определить расстояние до цели. Современные ночные прицелы пассивного действия (основанные на электронно-оптических преобразователях, усиливающих естественный фон освещенности в ночное время) по массе и габаритам вплотную приближаются к обыкновенным оптическим прицелам – они позволяют в ночное время вести огонь на дальностях 150-500 м (в зависимости от условий освещения).

Появились насадки, позволяющие превратить обычный оптический прицел в ночной; тепловизионные прицелы, работающие на принципе регистрации теплового излучения объекта, которые позволяют обнаруживать живые цели и технику в любое время суток, в том числе и защищенные средствами оптической маскировки в видимом диапазоне.

Это направление развития, относящееся, скорее, не столько к самому оружию, сколько к оружейному комплексу, системе «оружие – прицельное приспособление», вполне укладывается в общую тенденцию развития технических систем (ТС). В чем ее суть? Сначала – замена мускульной силы человека независимым источником энергии (в оружии – это появление огнестрельного оружия). Далее – освобождение человека от выполнения вспомогательных функций (подготовки выстрела, заряжания и перезаряжания оружия – это появление автоматического оружия). И, наконец, передача интеллектуальных функций (подготовка исходных данных, прицеливание, принятие решения о поражении цели) от человека к ТС – то, что происходит в настоящее время.

Близко к этому примыкает появление программируемых взрывателей в снарядах для подствольных и ручных гранатометов. Например, в разрабатывавшейся американской системе оружия OICW (перспективное индивидуальное боевое оружие), представляющего собой комбинацию штурмовой винтовки и гранатомета, в конструкции оружия был предусмотрен узел программирования установки взрывателя гранаты на один из режимов, выбираемых стрелком: контактный подрыв, воздушный подрыв (на определенной высоте над землей) или подрыв после пробивания преграды.

Таким образом, наиболее вероятным направлением развития стрелкового оружия в этом аспекте можно считать появление комплексов, в которых само оружие дополнено высокотехнологичными системами целеуказания, прицеливания и подготовки исходных данных для стрельбы.

Ориентация на творцов

Для России решение вопросов во всех трех аспектах неразрывно связано с необходимостью новой индустриализации страны – масштабной задачей, аналогичной той, что решалась в Советском Союзе в конце 1920-х – 1930-е годы. Это потребует и создания новой технологической базы, и решения кадровых проблем. Причем второе намного сложнее, ибо здесь не обойдешься одной только закачкой денежных средств.

Потребуется и переформатирование общественного сознания, изрядно деформированного за последние двадцать пять лет, и перестройка нынешней системы образования. Точнее, возврат к советской системе образования, которая была ориентирована на творцов, а не на потребителей.

Михаил Драгунов, конструктор-оружейник

Воткинский завод: эпоха преобразований>>>


Комментировать




Ольга Гильметдинова: "Нам удалось создать образовательную среду, соединяющую две культуры: школьную и семейную"

...

Альфира Салаватуллина: "Наши педагоги – это наша гордость, сплоченный коллектив, единая команда"

...

Любовь Чуричкова: «Ответственность в школьном питании очень высока»

...

Ольга Неганова: "Главная задача ГКБ № 9 – оказывать качественную медицинскую помощь"

...

Яндекс.Метрика
www.izhevskinfo.ru
Купол
Полиграф
Пресс-Тайм
Управление Госэкспертизы
Разработка сайта - "Мифорс" / Дизайн-студия "Мухина"