2012

Тотальное уничтожение

Последний в России объект по уничтожению запасов химического оружия достраивается в поселке Кизнер. За время его создания в экономику республики будет вложено более $1 млрд. Начало реализации проекта было положено в «кризисном» 2008 году. Сегодня на объектах основной
и вспомогательных зон задействовано около 20 субподрядных организаций, генеральным подрядчиком строительства является УССТ № 8 при Спецстрое России. В рамках проекта в Кизнере построены важные социальные объекты. Две новые школы открылись к 1 сентября. Участие в торжественной церемонии принял начальник Федерального управления по безопасному хранению и уничтожению химического оружия, генерал-полковник Валерий Капашин. По просьбе редакции журнала «Деловой квадрат» он дал эксклюзивное интервью нашему изданию, в котором рассказал о задачах химического разоружения и выполнении Россией международных обязательств по данной тематике.
 


«ДК»: Валерий Петрович, насколько остро в России стоят вопросы химического и биологического разоружения и защиты населения?

В.К.: Начну с того, что запасов биологического оружия в России, как и в любой другой стране мира, нет – в силу специфики его просто невозможно накапливать. Поэтому вопрос уничтожения биологического оружия не стоит в принципе, хотя, конечно, существуют проблемы, связанные с появлением новых вирусов гриппа и других заболеваний вследствие их мутации, а также опасность от употребления некоторых генетически модифицированных продуктов. Их решают соответствующие ведомства. Федеральное управление по безопасному хранению и уничтожению химического оружия занимается вопросами, которые содержатся в названии нашей организации.
После подписания в 1993 году Международной конвенции по химическому разоружению в России была принята федеральная целевая программа «Уничтожение запасов химического оружия в РФ», которую мы реализуем. На начальном этапе Федеральное управление приняло на хранение от воинских частей ВВС, ГРАУ, а также частей РХБЗ все имевшиеся запасы боевых отравляющих веществ. На тот момент в стране функционировали 7 арсеналов химического оружия, 2 из которых – в Удмуртской Республике. Общее количество запасов химического оружия составляло около 40 тысяч тонн.


Для обеспечения его безопасного хранения была проведена капитальная модернизация системы охраны и обороны арсеналов, решены многочисленные бытовые вопросы личного состава, введен образцовый порядок несения службы.


В начале 2000-х годов были уничтожены взрыватели и пороховые заряды к боеприпасам с боевыми отравляющими веществами. Для утилизации аварийных боеприпасов разработаны и приняты на вооружение уникальные передвижные комплексы по их уничтожению (КУАСИ). Таким образом, мы обеспечили надежную безопасность хранения химического оружия.


После этого приступили к созданию объектов по безопасному уничтожению химического оружия. Безопасность являлась и является для нас безусловным приоритетом. Выбор места под строительство заводов и технологий уничтожения, экологический и медицинский контроль и мониторинг процесса, использование самого передового в мире оборудования при утилизации всех видов отходов, непрекращающиеся тренировки и выучка личного состава – все направлено на безопасное решение поставленной задачи. Потому у населения территорий нет оснований для беспокойства. За период работ по уничтожению химоружия в Камбарке не допущено ни одной нештатной ситуации, по такому же принципу будет строиться работа в поселке Кизнер.
 

«ДК»: Федеральная Программа по уничтожению химического оружия в России вошла в свою завершающую стадию. Какие ключевые задачи были решены?

В.К.: В декабре 2012 года исполнится 10 лет с момента уничтожения первой партии химического оружия на первом объекте в пос. Горный Саратовской области. К этому времени мы уничтожим до 70% имевшихся запасов боевых отравляющих веществ, что составит около 28 000 тонн. Замечу, что за первые 5 лет было уничтожено 8 тысяч тонн, а за вторые – 20 тысяч. Оставшиеся 12 тысяч тонн нам предстоит уничтожить за 3 года – к 31 декабря 2015 года. Технически мы будем готовы выполнить поставленную задачу к этому сроку, хотя темпы несколько замедлятся в связи с началом уничтожения боеприпасов сложной конструкции. Сегодня нам осталось ввести в эксплуатацию последний, седьмой по счету, объект по уничтожению химического оружия в поселке Кизнер.

 


«ДК»: С какими трудностями пришлось столкнуться при реализации программы?

В.К.: Не буду скрывать, трудности были! Приходилось решать сложные организационные, проектно-изыскательные, строительно-монтажные, технологические или пусконаладочные задачи, согласовывать ТЭО в многочисленных надзорных государственных структурах, ведь мы впервые создавали такие высокотехнологичные и опасные производства. Немало усилий направлено на то, чтобы убедить население в необходимости уничтожения химического оружия. Митинговые страсти мы тоже побороли. Мало кто верил, особенно за рубежом, что в условиях развала единого государства, постперестроечного упадка экономики, наложения на наши проблемы еще и проблем, связанных с мировым финансовым кризисом, Россия способна выполнить взятые на себя конвенционные обязательства. Тем не менее мы справились. Военный и научно-технический потенциал современной России оказался намного крепче, чем это могло показаться в 1990-х годах. В 2003 году уничтожен 1% имевшихся запасов ХО, на втором этапе, в 2007 году, уничтожено 20% запасов, на третьем, в 2009-м, – 45%. Сейчас идет выполнение последнего, четвертого, этапа. При этом успешно реализуется социальная часть программы. До 10% финансовых средств, предназначенных для создания объектов по уничтожению химического оружия, направляется на решение социальных проблем регионов хранения. Мы немало построили по заказу республиканских и местных органов власти нужных людям зданий и сооружений.

«ДК»: Журналисты подсчитали, что если собрать вместе все вами созданное и построенное, то получился бы средний по численности населения город с семью высокотехнологичными заводами и развитой социальной инфраструктурой. Целый город «Капашин»!

В.К.: Я слышал о таких подсчетах журналистов. Спасибо за оценку труда всего коллектива федерального управления и многочисленных подрядных организаций. Как патриотам России нам приятно осознавать, что мы не только избавляем страну от химической угрозы, но и оставляем о себе добрую память на многие годы.

 

«ДК»: Валерий Петрович, вы сказали, что пришлось убеждать население… Очевидно, людей волновали вопросы собственной безопасности и экологической защиты во время строительства объектов и непосредственно уничтожения вредоносных запасов. Как решаются они?

В.К.: Достаточно сказать, что до 70% средств, осваиваемых при создании объектов по уничтожению химического оружия, направляется на обеспечение безопасности. В первую очередь – экологической, включающей в себя не только окружающую среду, но и дома, постройки, всю прилегающую территорию. Контроль ведется постоянно несколькими не зависимыми друг от друга службами. Во-первых, это ученые-биологи местных вузов, которые отслеживают обстановку в зоне защитных мероприятий. Во-вторых, это государственные центры экологического контроля и мониторинга, созданные в каждом регионе хранения и уничтожения химического оружия. Ну и, наконец, основная, всеохватывающая работа ведется нашими службами производственного экологического контроля.

Они непрерывно отслеживают состояние атмосферного воздуха, поверхностных и грунтовых вод, почв, природных субстанций (микроорганизмы, растительность, животный мир), ведут замеры по десяткам параметров. Ни одного случая обнаружения во внешней среде боевой химии или продуктов деструкции не зафиксировано. На объектах постоянно присутствуют иностранные наблюдатели, у которых имеются собственные приборы обнаружения отравляющих веществ. Они также никогда ничего не обнаружили. Более того, наши заводы и обычных промышленных загрязнителей практически не выбрасывают. Как в шутку выразился один эколог, воздух, выбрасываемый объектом, чище, чем забираемый для производственных нужд. Это обеспечивается мощным и высокотехнологичным оборудованием. На объектах Удмуртской Республики «Камбарка» и «Кизнер» цеха по очистке твердых, жидких и газообразных отходов поставила и смонтировала немецкая фирма «АЙЗЕНМАН», один из мировых лидеров в создании подобного оборудования.

За период работ по уничтожению химоружия в Камбарке не допущено ни одной нештатной ситуации, по такому же принципу будет строиться работа в поселке Кизнер.

«ДК»: Какие еще новейшие технологии применялись в Камбарке и будут использованы в Кизнере?

В.К.: Для решения вопросов безопасного уничтожения химического оружия потребовалось создание новых уникальных технологий и оборудования. Наши ученые, например, смогли разработать и изготовить новые приборы контроля отравляющих веществ. Они настолько уникальны, что практически способны обнаружить искомую молекулу в кубометре воздуха. Причем работают автоматически, независимо от человека, по принципу «обнаружил – подал сигнал». Эти ноу-хау разработаны в рамках реализации федеральной целевой программы по уничтожению химоружия.

Технология уничтожения, применяемая в России, двухстадийная: на первой стадии боевое отравляющее вещество подвергается обработке специальным реагентом, в результате чего образуется малотоксичная, так называемая реакционная масса, которая на второй стадии подвергается высокотемпературной обработке с образованием нетоксичных солевых отходов. Такой способ применялся во время уничтожения боевых отравляющих веществ на объекте «Камбарка», он будет использован и на объекте «Кизнер».

Всего отечественными учеными в рамках научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ, предусмотренных Программой, получено более 200 патентоспособных результатов в виде полезных моделей, изобретений, баз данных и программ. Научно-исследовательские и опытно-конструкторские изыскания продолжаются и сейчас. Основной акцент делается на внедрении технологий уничтожения боеприпасов сложной конструкции, выводе из эксплуатации объектов, завершивших уничтожение, разработке методик использования в промышленности образовавшихся отходов.

 

«ДК»: Как вы оцениваете реализацию проекта уничтожения химоружия в Кизнере? Что можете сказать о строителях Спецстроя и в частности ГУССТ № 8?

В.К.: Объект «Кизнер» возводится последним из тех семи, которые предстояло построить. Здесь учтены многие нюансы и замечания, возникшие у строителей и эксплуатационников. С уверенностью можно констатировать, что это будет один из лучших объектов, хотя безопасное уничтожение обеспечено и на всех остальных. Создание объекта «Кизнер» идет согласно нынешней редакции федеральной целевой программы. Что касается подрядной организации ГУССТ № 8, которую возглавляет опытный руководитель Алексей Михайлович Прасолов, то, как и в целом Спецстрой России, – это эффективный и ответственный генподрядчик. Нет сомнений, что эта организация выполнит поставленную задачу качественно и в срок. Мы благодарны, что в самом начале создания объектов по уничтожению нашим партнером стал Спецстрой России.


«ДК»: Так сложилось исторически, что на территории Удмуртии были сконцентрированы крупнейшие хранилища хим-оружия. Как помогало республиканское руководство в его уничтожении?

В.К.: Повторюсь, что на первых порах нам пришлось решать множество задач, среди которых не последнее место занимала проблема налаживания конструктивного диалога с местным населением и властями. От этого зависело спокойное, плановое и поэтапное претворение в жизнь задач Программы химического разоружения. Одним из первых, кто по-государственному подошел к решению этой проблемы и оказал нам неоценимую помощь, был Президент Удмуртской Республики Александр Александрович Волков. Я не раз публично выражал ему за это благодарность и готов еще раз сказать большое спасибо. У нас полное взаимопонимание с президентом и правительством вашей республики. Со своей стороны, федеральное управление всегда отзывалось на просьбы руководства и жителей Удмуртии, и в рамках программы мы сделали немало.

 

«ДК»: Валерий Петрович, когда в Удмуртии и России будут полностью уничтожены запасы химического оружия?

В.К.: В последней редакции федеральной целевой программы определена дата завершения уничтожения – декабрь 2015 года. При необходимой поддержке мы успеваем к этому сроку. Однако на реализацию Программы влияют многие факторы, такие как международная обстановка, состояние экономики, продвижение подобных программ в других странах и так далее. По моему глубокому убеждению, химическое оружие, как оружие массового поражения, не должно возвратиться на землю. Хранить же его бесконечно нельзя, поскольку оно устаревает, боеприпасы становятся аварийными и могут представлять опасность. Международная конвенция о запрещении разработки, производства, накопления и применения химического оружия и о его уничтожении во всем мире – это победа здравого смысла человечества, которая вселяет надежду на то, что люди со временем смогут договориться и по другим острым международным проблемам.


Ольга Иртегова
 

Арифметика народного доверия >>>



Комментировать




Дмитрий Варачев: "Основа нашей стратегии - концепция производства быстрого реагирования"

...

Олег Бекмеметьев: "Положительные перемены стали отличительной чертой жизни Глазова"

...

Светлана Колесова: "Наши выпускники входят в элиту российской нефтяной промышленности"

...

Александр Петров: "В «Artes» обращаются люди, ценящие здоровье свое и своих близких"

...

Яндекс.Метрика
www.izhevskinfo.ru
Купол
Полиграф
Пресс-Тайм
Управление Госэкспертизы
Разработка сайта - "Мифорс" / Дизайн-студия "Мухина"