Селдон
2011

Затратная формула энергорынка

По расчетам специалистов Санкт-Петербургского научного центра РАН под руководством Жореса Алферова, к 2030 году 50% всех электро-осветительных приборов мира будет переведено на сверхъяркие полупроводниковые светодиоды, что даст планетарную экономию электроэнергии на одном только освещении в 300 триллионов долларов. Это половина всех энергозатрат на освещение и 10% общемировой экономии на глобальном рынке.

«Энергокоммунизм» вряд ли наступит


Однако что-то мне мешает верить в радостно-оптимистические прогнозы экспертов (как отечественных, так и зарубежных): то ли наличие в них сказочного слова «коммунизм» с приставкой «энерго», то ли неплохие знания реалий энергетического рынка.


Не верю я в «энергокоммунизм» (как в любой другой) по очень простой причине: главная задача для любого рынка – продать как можно больше. А что такое энергосбережение по рыночной сути? Это снижение затрат, снижение объемов продаж, что в современном понимании рынка – неразрешимое противоречие, хотя и узаконенное принятием ФЗ «Об энергосбережении и повышении энергоэффективности», вступившего в силу в ноябре 2009 года. Между тем и до этого более 90% потребителей энергорынка страны пытались экономить на энергозатратах. В регионах принимались целые программы по энергосбережению.


Например, в Удмуртии во второй половине 90-х годов и в начале 2000-х подобные программы разрабатывались и осуществлялись 4 раза. Конечно, их эффективность не могла быть высокой, мы – часть общей федеральной экономической системы, энергозатратность которой стала притчей во языцех. Россия, как и 10-20 лет назад, продолжает оставаться одной из самых энергоемких стран мира. Например, энергоемкость внутреннего валового продукта у нас в 10,5 раза выше, чем в Японии и Германии, в 6 раз превосходит энергозатраты в Китае и даже в 3,5 раза превосходит по этому показателю такие страны бывшего «соцлагеря» как Польша, Румыния и Венгрия. По данным исследовательского центра Всемирного банка, экономика РФ в 2010 году «съела» более 6,5% всей выработанной в мире электроэнергии.


Парадокс и противоречие заключаются в том, что энергетиков такой сценарий экономического развития вполне устраивает – из года в год растут объемы продаж, а хроническая инфляция не дает упасть цене на потребляемые киловатты. Более того, государство регулярно повышает энерготарифы – в начале каждого бюджетного года, а то и делает это в текущем порядке осенью или весной.


Почему тратить дешевле, чем экономить?


Такой затратный вектор развития экономики категорически не устраивает сотни тысяч российских предпринимателей, теряющих на энергозат-ратах от 30 до 45% прибыли. Они-то заинтересованы в энергосбережении кровно, но еще один парадокс – чтобы заниматься энергосбережением, нужны огромные инвестиции. В прошлом году экспертная группа Минэкономразвития РФ провела исследования в основных отраслях промышленности и пришла к выводу, что почти 70% предприятий не могут позволить себе такую роскошь как энергосбережение – нет денег на закупку нового энергосберегающего оборудования и внедрение энергосберегающих технологий.


Даже на самых благополучных и прибыльных отечественных производствах выгода от энергосберегающих мероприятий не так очевидна, как у их коллег на Западе. В чем же дело? Один из директоров ижевского бизнес-центра, понимая, что само по себе энергосбережение – магистральное и перспективное направление на ближайшее будущее, тем не менее, смущаясь от того, что его могут принять за ретрограда, все же признает, что «хотя мы и внедрили у себя много систем, которые в мировой практике используются для энергосбережения, сегодня, честно говоря, это для нас невыгодно. Но мы делаем это с учетом будущей перспективы».


Почему? Оказывается, все дело в неразвитости нашего энергетического рынка, в, не побоюсь этого слова, хаосе, который царит на нем, хаосе иногда сознательном, иногда стихийном. Так, разница в цене киловатт-часа достигает на нем 300%! Крупные промышленные предприятия, потребляющие электроэнергию в колоссальном количестве, платят 1,8-2 рубля за киловатт-час, а кафе, магазины, прочие предприятия малого и среднего бизнеса – по 5-6 рублей… Что получается? Получается, что наши энергетики умышленно стимулируют такую «энергоэффективность» экономики, когда больше потребляешь киловатт – меньше платишь, меньше покупаешь (а фактически энерго-сберегаешь!) – дороже платишь.
 

Первый шаг сделан, но что дальше?


Вот еще одно признание, и тоже анонимное – предприятиям внедрение энергоэффективных технологий невыгодно. Мы, энергетики, продолжаем работать с использованием затратного метода формирования тарифов, при котором снижение потерь энергии приводит к уменьшению объема ее отпуска. Поэтому нам тоже невыгодно внедрять энергосберегающие технологии. Новый федеральный закон об энергосбережении сделал только первый шаг, очень важный шаг, но он ситуацию пока кардинально не переломил.
 

Поясню, почему новый закон пока не «переломил ситуацию». Дело в том, что для того чтобы ФЗ «Об энергосбережении и повышении энергоэффективности» заработал на полную мощность, в прошлом, 2010-м, году различным министерствам и ведомствам необходимо было разработать и принять 48 подзаконных актов (ведомственных постановлений), в которых будет прописан весь механизм реализации этого важного закона в каждом секторе национального рынка. Вместо 48 появилось лишь 11 таких регулирующих документов. Так исполняются у нас правительственные распоряжения. Да что далеко ходить, вспомним недавнее (17 мая 2011 года) возмущение президента Дмитрия Медведева тем, как выполняются президентские приказы и поручения по модернизации ВПК?! Чиновники «расслышали» только 30% порученного им для «неукоснительного и незамедлительного исполнения»…
 

Поэтому «на бумаге» со стратегическими планами (программами и концепциями развития) у нас все в порядке, а когда дело доходит до реального выполнения задач, система буксует.
 

Читаю главы энергетической стратегии России до 2020 года, Концепцию целевой программы «Энергоэффективная экономика» – все правильно, все разумно, все очевидно, но смотрю параллельно на результаты последнего 2010 года и вижу, что доля возобновляемых источников энергии в топливно-энергетическом балансе страны достигла лишь 0,25%, хотя планировалось более 0,3%. Есть ли смысл сравнивать этот мизерный показатель с развитыми странами?.. Например, в Европе этот показатель в десятки раз выше: в Германии и Франции он – 12 и 11% соответственно.

Энергоемкость внутреннего валового продукта у нас в 10,5 раза выше, чем в Японии и Германии, в 6 раз превосходит энергозатраты в Китае и даже в 3,5 раза превосходит по этому показателю такие страны бывшего «соцлагеря» как Польша, Румыния и Венгрия.

Локомотив модернизации или рыночный прагматизм?


Кризис и посткризисные последствия оправдывают в какой-то степени пробуксовку глобальной программы энергосбережения. Да и лишних денег никогда не было, нет их и сейчас. Даже по самым скромным подсчетам, чтобы в Удмуртии энергосбережение и энергоэффективность заработали как локомотив общей модернизации экономики, необходимо 5-6 миллиардов рублей федеральных инвестиций.
 

Причем финансироваться должно не одно какое-то направление, а весь комплекс мероприятий по экономии энергии в целом: это снижение энергоемкости в производстве и в быту, это автоматизированный строгий учет ресурсопотребления. И когда перед государством или даже частным инвестором стоит вопрос, куда в первую очередь направлять капиталовложения – в производство, собственно, электроэнергии или в ее сбережение, то он должен выбрать последнее. Так, по крайней мере, поступили в тех странах Европы и США, где в энерго-сбережении, а в итоге в целом, уже достигнуты впечатляющие результаты, и где нам пока похвастать нечем.


Дорогой стандарт


Сегодня экономика РФ (данные за 2010 год) потребляет 1039 млрд кВт/ч, а вырабатывает 2400 кВт, остальное экспортирует, при этом ежегодный прирост электропотребления за последние 5 лет был не меньше 2,2-2,4%. Резервных мощностей не хватает (в 2010-м они составили лишь 3 ГВт), но не хватает и самой электроэнергии. По данным Минпромэнерго РФ, в прошлом году 21% заявок к электросетям остался неудовлетворенным. В Удмуртии этот процент значительно ниже (всего 14), но все равно много. Нужно ли в связи с этим заострить внимание на том, что в Германии таких неудовлетворенных заявок – 0, столько же в США и Канаде, только в Греции и Румынии он относительно высок – 4 и 6 процентов соответственно.
 

Положение усугубляется еще и тем, что цена так называемого «технического присоединения» к энергосетям во многих регионах давно превосходит все мыслимые и немыслимые пределы. В среднем по России она колеблется в пределах от 30 тысяч рублей за киловатт (например, в Удмуртии) до 100-110 тысяч в Москве и Питере.
 

Премьер-министр Владимир Путин в ноябре прошлого года на совещании с энергетиками жестко заявил о недопустимости таких «вилок» на энергорынке, а глава МЭРТа Эльвира Набиуллина предложила подключать малые предприятия, потребляющие менее 100 кВт, по льготным ценам. Однако ситуация не стала лучше. В ПФО только за последние 1,5 года стоимость подключения к сетям одного кВт увеличилась почти в два раза и достигла 70-80 тысяч рублей. Здесь малому предприятию в среднем требуется от 100 кВт, в денежном эквиваленте это не меньше 5 млн рублей! И это без учета затрат на проектирование и выполнение техусловий.
 

Представим, что если на этапе запуска МП требуется более 5 млн рублей, то сколько же ему нужно на дальнейшее развитие, а главное, кто ему такие деньги даст? А мы еще строим какие-то серьезные планы по развитию малого бизнеса в реальном секторе экономики, в том же сегменте инноваций. Даже если учесть этот энергетический пункт, то, мягко говоря, будущее МБ выглядит весьма туманно. И вроде бы Федеральная служба по тарифам разработала единый стандарт расчета на техническое присоединение к сетям, но на практике МП сталкиваются совсем с другой реальностью.
 

Удмуртия – территория энергосберегающих технологий


Тема использования альтернативного топлива и внедрения новых технологий по производству тепловой энергии давно получила «прописку» в Удмуртии. Известны, например, проекты по реконструкции котлов и переводу их на топливо, получаемое из отходов деревообрабатывающих предприятий, – коры, сучьев, опилок. В республике есть предприятия, которые освоили технологии по производству пелет (брикетов из прессованного сырья), используемых для отопления жилых и производственных зданий. Остается только заменить старые котлы на новые, так как переделка их обходится многократно дороже. А котлы такие давно выпускают российские предприятия, например, в Нижнем Новгороде. Другое дело, что на реконструкцию старых котельных сегодня нет денег. Но их не будет и завтра, если рассчитывать только на бедные муниципальные бюджеты. То есть и здесь, на районном, городском уровне, этот вопрос вырастает до высот государственных, и без федеральных средств радикально что-то изменить за 5-6 лет вряд ли удастся.
 

Сегодня в Удмуртии наберется с десяток предприятий, где успешно работают программы по энергосбережению и где занимаются разработкой энергосберегающих технологий, их передачей, запуском и обеспечением на площадках заказчиков. Это ООО СФ «Термо-С», ООО «Викинг», ООО «Уралэнерго», ООО «Континент-строй», ООО «Энергоремонт» и многие другие. Но, к сожалению, это 5-8 процентов рынка. Точно такой же процент, по данным Минэкономразвития РФ, отмечен и в большинстве других регионов страны. Для начала, в общем, неплохо, но что будет завтра?..
 

Наши энергетики умышленно стимулируют такую «энергоэффективность» экономики, когда больше потребляешь киловатт – меньше платишь, меньше покупаешь – дороже платишь.

Иван Русский
 


Комментировать




Армия-2019
Татьяна Сабельникова. Врач по призванию души и сердца

...

Владимир Капеев: "Мы дорожим своими работниками, ведь это наше главное достояние"

...

Яков Крымский: "Мы являемся оператором введения Национальной системы сертификации на территории Удмуртии"

...

Андрей Саламатов: «Я всегда хотел заниматься лесом»

...

Яндекс.Метрика
www.izhevskinfo.ru
Купол
Полиграф
Пресс-Тайм
Управление Госэкспертизы
Разработка сайта - "Мифорс" / Дизайн-студия "Мухина"